 Шахматный мир консервативен и не любит менять раз и навсегда заведенные привычки. Долгие годы, где-то примерно с середины 90-х, он жил с четким осознанием, что в календаре есть три главных супертурнира: Вейк-ан-Зее, Линарес и Дортмунд.
Время от времени где-нибудь в Дос-Эрманасе, Сараево или даже Москве появлялись амбициозные организаторы, на год-другой собиравшие у себя весь цвет, но... надолго их, как правило, не хватало, и после короткой «смуты» мы вновь возвращались к ключевому трио. При этом германский супертурнир держался особняком – он ухитрялся сохранять свой высочайший статус, несмотря на то, что в нем упорно отказывался выступать Каспаров...
Времена, однако, изменились. Казалось, человеческие шахматы доживают последние денечки перед тем, как их сметет компьютерный ураган, календарь же элитных соревнований, напротив, забит под завязку – не найдешь свободного дня, при этом лучшие умы, высунув язык, мечутся по свету. Вейк-ан-Зее, Морелия–Линарес, Ницца, Сочи, Баку, София, Сараево, Форос, а чуть позже – снова Сочи, Москва, Бильбао, бесчисленные клубные лиги и личные чемпионаты, включая два матча за корону и олимпиаду. Против природы не попрешь: по закону сохранения энергии, если в одном месте прибавилось, то в другом должно отняться – и главной жертвой этого невероятного круговорота шахматных масс стал... Дортмунд. В противовес предыдущим славным годам его состав теперь выглядит на редкость бледно.
Месяц назад кто-то сетовал, что «слабым» получился состав софийского шоу. Что уж тогда говорить про Sparkassen Chess Meeting? Турнир Крамника и Леко, из года в год славившийся пусть и не разнообразием сюжета (вязкая борьба и многочисленные победы Володи с небольшим перевесом над конкурентами), но настоящей россыпью имен (своим участием турнир почтили абсолютно все звезды, включая и Каспарова – в 92-м), а с недавних пор и демократичностью (здесь традиционно играет победитель «Аэрофлот-опена»), в этом году супертурниром явно не выглядит. Конечно, помимо традиционных Крамника и Леко есть Иванчук (правда, крайне утомленный после вереницы соревнований нынешней весной) и Мамедьяров (несмотря на отсутствие громких побед, сохраняющий место в первой десятке), и... Тут волей-неволей приходится поставить многоточие, поскольку определить статус противостоящей им четверки – ван Вели, Найдич, Непомнящий, Густафссон – не представляется возможным. Для каждого по отдельности можно найти основания для того, чтобы играть в Дортмунде: Люк – помощник Крамника и вообще сильный игрок, Аркаша – гордость местной шахматной школы и победитель турнира-06, Ян – выдвиженец «Аэрофлота» и вообще один из самых талантливых юных игроков мира, другой Ян...
Хм, интересно, достаточно ли сказать, что он – немец?! Быть может, Густафссон выиграл кругленькую сумму в покер (в котором слывет большим докой) у хозяев Sparkassen, и те решили «откупиться» от него приглашением в свой турнир? Иного объяснения у меня нет – шахматист с рейтингом 2605 просто не имеет морального права играть в такой компании, если только не добился такой чести путем спортивного отбора, как тот же Непомнящий. Не настолько же заняты все сильные игроки?! Видимо, дортмундские организаторы проморгали момент, когда надо посылать приглашения потенциальным участникам. В том же Вейк-ан-Зее состав следующего турнира начинают формировать на другой день после завершения предыдущего, если не еще раньше. Тут же случился явный кадровый коллапс, и ничем кроме будущего выдающегося результата Густафссона в турнире оправдан он быть не может.
Дойдет ли до него? Что касается Дортмунда, здесь ни в чем, кроме хорошего результата Крамника нельзя быть уверенным. Да и это, откровенно говоря, под вопросом. Дело в том, что из года в год турнир страдает от того, что проводится непосредственно перед куда более ответственными соревнованиями вроде матчей на первенство мира, и участники их вовсе не горят желанием раскрывать свои дебютные секреты. Великолепный шанс отличиться для тех, кого не сковывают подобные кандалы. То есть для семи из восьми участников!
* * *
Первый тур, однако, несмотря на преувеличенные надежды, носил явно «пристрелочный» характер. Все четыре партии без особых приключений завершились вничью. Быть может, виновата традиционная процедура предварительной жеребьевки, когда все соперники задолго до старта знают, кому с кем и какими фигурами играть? Может, сделать как в Нью-Йорке в 1924 году, когда жеребьевку на соперника проводили прямо перед началом тура?!
Впрочем, излишки времени на подготовку не помешали отдельным откровеньям. Например, Крамник против Густафссона на втором ходу после 1.d4 Nf6 2.c4 взял и двинул вперед на одно поле пешку «g». Глаза Яна в этот момент заметно округлились – соперник сыграл так в первый раз в жизни – и на несколько минут немец отключился от внешнего мира! Выяснилось, Володя «заготовил» Грюнфельд, коронный дебют своего исторического соперника, на третьем ходу медленно, одним пальцем, дотолкав пешку до d5. «А что ему было еще играть? – пожал плечами гроссмейстер Ланда. – Не основные же схемы. Зато теперь у Ананда будет лишний повод для размышлений и беспокойства о его дебютном репертуаре».
Партия эта сравнительно быстро перешла в эндшпиль, где экс-чемпион уверенно справился с некоторыми неудобствами. Обсуждать было в общем-то нечего – ничья и ничья, – так что соперники, подписав мировую, даже не появились на публике в пресс-центре...
Вместо них там возникли Мамедьяров с Леко. Их партия тоже не блистала буйством красок: четкий уравнивающий маневр, подготовленный в домашней лаборатории, и закономерная ничья. Ребята «для очистки совести» подвигали фигуры, и отправились домой.
Но до этого я задал несколько вопросов Петеру. Еще в Москве мы с главредом «64» Глуховским пришли к выводу, что после длинной серии неудач Дортмунд – чуть ли ни единственный шанс для Леко «отмазаться», доказать, что он по боксерской терминологии не «пробит», а по прежнему входит в число лучших шахматистов мира. Петер нашего пессимизма в отношении самого себя не разделил: «Просто тяжело играть все турниры подряд! Ведь, начиная с чемпионата мира в Мексике, я не пропустил ни одного крупного соревнования за исключением Кубка мира. Очень трудно на протяжении столь долгого времени поддерживать себя в оптимальной форме, не говоря уже о том, чтобы находить время для анализа сыгранных партий. У меня нет шахматных проблем, но на ментальном уровне сильно измотался – и уступал там, где никогда раньше не показывал слабины. Достаточно вспомнить матч против Карлсена, в котором я в половине партий стоял на выигрыш, а в результате уступил 3-5! Что, Дортмунд – мой последний шанс? Ты, наверное, шутишь?! Грустно, что Фортуна немного отвернулась от меня, но не настолько же... Я продолжаю играть с полной выкладкой каждый турнир, в том числе и Дортмунд. Но, к сожалению, не все зависит от моего желания!»
Пока мы болтали с Петером, завершили свою партию молодые – Найдич с Непомнящим. У Аркаши были белые фигуры, но это не отразилось на рисунке борьбы: Ян сумел захватить инициативу, и долгое время позиция его казалась перспективней. Но не более того... Во время анализа москвич много острил и изображал на лице гримасы недоумения, соперник же его, напротив, был крайне серьезен и озабочен. Видно было, что Найдичу очень хотелось ударно стартовать и стереть неприятные воспоминания о прошлом годе. Не вышло-с.
Тщетными оказались и попытки Иванчука выжать чего-то большее из ван Вели – защищался тот образцово. Искры же уровня Софии или последних туров Фороса Василию высечь из позиции не удалось. Пытался – и на том спасибо. Главное, что ничья его совершенно не удовлетворила, о чем говорил тот потерянный, какой-то угрюмый вид, с которым украинец покидал стены местного драмтеатра. Видно, ему срочно нужна эмоциональная подпитка!
А, впрочем, кто его знает – турнир еще только начался и перед вторым туром все в совершенно равных условиях. Цветом фигур теперь поменяются, а больше – ничем...
Неизменные традиции! Только на этот раз парадный выход оказался забаррикадирован
Видно же, что таблица рассчитана на 10 участников, но их всего 8 – и в один круг...
Зрителей, тем не менее, меньше не становится и организаторы снимают хорошую кассу
Самый лучший способ попадания на тур – пеший, благо гостиница не так уж и далеко
«Плечом к плечу». В Дортмунде нет команды сплоченней, чем семья Леко–Петросяна
Восьмикратный дортмундец Крамник. Меньше побед даже у Каспарова в Линаресе...
Если бы не эти двое, приставка «супер» давно могла бы слететь с фасада этого турнира
Непомнящий в новом свете. Яну уж давно пора шагать по стопам Карлсена и Карякина
Участники в зале, фотографы на сцене. Скоро они раз и навсегда поменяются местами
Надежа и опора финансового благосостояния шахматного Дортмунда – детская школа!
Новый президент германского шахматного союза второй год подряд открывает турнир
На изготовке
«Поехали!» Крамник под это дело даже пиджак одел. Через минуту повесит его на стул
Мамедьяров второй год подряд в Дортмунде. Редкий случай немецкой стабильности...
Непомнящий: «Фигуры как фигуры, турнир как турнир. И чего вокруг столько шума?»
Иванчук не играл в Дортмунде ровно 10 лет. В 92-м он разделил победу с Каспаровым!
Найдич – неизменный участник турнира, начиная с 2004 года. Одна победа у него есть
«Уж полночь близится, а Германа все нет...» Какой первый ход турнира без Крамника?
А вот и Володя! Теперь все готово к старту. «Господа, попрошу улыбочку в камеру!»
Культурный шок Густафссона: Крамник сыграл 2...g6. Он и сам-то в это не шибко верит
Но нет, все верно... «А теперь пешечку – на d5!» Защита Грюнфельда, говорите? Ну-ну!
А судьи кто? Все те же лица. Главный – Анджей Филиппович. Зам – Александр Бах...
Первые разборы полетов. Леко и Аршак Петросян хорошенько подготовились в дебюте
Шаху пришлось изрядно поломать голову, как достичь перевеса, но и это не помогло...
Ян спокоен... При таком теоретике, как Володя Поткин он – как за каменной стеной!
Иванчук: «Ну, с Богом...»
|
