Сегодняшний день подарил первую короткую ничью. Не прошло и часа после начала партии, как Магнус Карлсен появился в журналистской комнате. Никаких пресс-конференций он не давать не захотел, может быть, из-за отсутствия норвежской прессы (оба ее представителя пришли только к вечеру и даже не застали своих соотечественников), а предпочёл занять место у компьютера с Интернетом. Сперва он внимательно изучил вчерашние партии, периодически сверяя ходы и комментарии с турнирным бюллетенем. Партия Гельфанд – Касымжанов заставила Магнуса вдрогнуть.

– Ой! – воскликнул норвежец, увидев 45...Ne2+. И добавил, – Красивый трюк!

Встречу Грищука и Малахова он даже не досмотрел:

– Слишком жестоко.

Исчерпав интерес к шахматам, Магнус принялся за мониторинг новостей. Я не пытался скрывать приятного удивления, когда он показывал сайты ведущих общестенно-политических газет Норвегии. Его вчерашняя и сегодняшняя партии публиковались с ежеминутными комментариями. Множество фотографий, анализов, ссылок на анализы – отдалённо напоминает онлайн финала Лиги чемпионов на сайте УЕФА, но впечатляет куда больше. Потому что это то самое искомое «популярно о шахматах»!

Вечером я задал вопрос Майклу Адамсу, пишет ли о его выступлении в Элисте хотя бы одна английская газета. Ответом стал деликатный смех. Господин Адамс не строит иллюзий относительно популярности шахмат в его стране.

Начинался тур, кстати, довольно весело. После ритуального объявления о мобильных телефонах, которые надо зачем-то выключить (и это при том что охрана зала заставляет сдавать сотовые в гардероб), Анджей Филипович зачитал информацию о бермудской вечеринке вечером 29 мая. Серьёзным тоном арбитр-ветеран упомянул лучших диджеев, зажигательные современные ритмы и прочие шалости. Шахматисты смеялись. Думаю, многие придут. Горячего Гормалли в Элисте нет, и есть надежда, что обойдется без драк.

Впрочем, горячие парни встречаются повсюду. В холле на первом этаже калмыцкий любитель шахмат накричал на Спасского. Экс-чемпион мира разговорился с кем-то из официальных лиц. Время от времени их диалог заглушал комментарий гроссмейстера Яковича для публики.

– Эй, – раздался громкий и недовольный голос, – хочешь поговорить, отойди или на улицу выйди!

Борис Васильевич поднял руки, виновато улыбнулся и отошёл. Тишина была восстановлена.

Первую пресс-конференцию дня дали Гельфанд и Касымжанов. Уже вторая партия этих уважаемых гроссмейстеров протекает одинаково: белые получают ощутимый перевес по дебюту (нечастое дело по нынешним временам), но где-то на пороге технической стадии чёрным удаётся всё разменять и соскочить на ничью. Никаких вопросов к шахматистам. Это судьба.

Гораздо менее приятным получился допрос Рублевского и Пономарёва. Сыгравших две боевые партии вдруг спросили:

– Вы теперь до самого конца будете делать ничьи? Вся надежда на тайбрейк?

Звучало там и про ничьи без особой борьбы. Рублевский даже расстроился.

– Если такие вопросы будут продолжаться, я вообще перестану ходить на пресс-конференции, – негодовал он в кулуарах. – Играешь по два цейтнота, а потом еще оправдываться приходится.

Гата Камский не пришёл, а прямо-таки примчался в пресс-центр. Казалось, он еще не отошёл от цейтнотного «перестука», в котором ему удалось срубить флаг Этьену Бакро в ничейном положении. Гата порывисто изучил позиции в других партиях. Подошедший Карлсен поздравил его с ничьей, а потом, узнав результат, и с победой.

Петер Леко в своей неподражаемой манере рассказал, что сегодняшний дебютный вариант он уже играл против Крамника и проиграл. «Но окей, я потом немного поработал!» Михаил Гуревич оказался бессилен, несмотря на белый цвет своих двух слонов.

Немного о грустном. Последние партии дня, Малахов – Грищук и Бареев – Полгар закончились практически одновременно, и журналисты были вправе ожидать сразу троих россиян. Они и ожидали. Ожидание затягивалось. Потом вместе с Петером Райчаньи пришла информация, что шахматисты уехали на ужин. Пришлось последовать их примеру. Триумфатора Бареева уже не было, а Грищук доедал фрукты в компании Яковенко и Щекачева, и на недоуменный вопрос дал не менее недоуменный ответ. Александр, проигнорировавший журналистов и накануне, просто не знал о сложившейся традиции пресс-конференций. Говорят, завтра главный судья сделает по этому поводу специальное объявление.

Под конец задам этический вопрос дня. Должен ли шахматный аналитик руководствоваться журналистской этикой? В одной из партий дня бригада комментаторов обнаружила сильную новинку. О’кей, не совсем новинку, но очень сильный ход, встречавшийся только в партиях слабых игроков. Об этом ходе было доложено участнику/участнице, не сумевшему/сумевшей найти его за доской, и участник/участница попросил/попросила не писать об этом в бюллетене. Что и было сделано. Насколько это правильно? Минута на размышление...

Видюх сегодня всего две. (У некоторых, в том числе у меня, не открывается первое видео. С чем это связано, непонятно. У других всё работает, поэтому оставляю без изменений.)